– Что ты предлагаешь? – оторвался от экрана Штурман. – Скормим им наш запас ядерного топлива? Но тогда мы лишимся возможности передвигаться в обычном пространстве.

– Не говоря уже о том, – вставил Капитан, – что и в гиперпространстве тоже. Разгоняемся-то мы на ядерном топливе, если присутствующие об этом, конечно, помнят.

Механик криво усмехнулся.

– Ну зачем же так, – Доктор обвел товарищей грустными глазами, в которых, однако, мерцала решимость. – Дайте мне космокатер и Умника. Мы спустимся на Находку, отыщем урановое месторождение и вернемся с рудой…

– Катер! – воскликнул Оружейник. – Много ты на нем привезешь… За один раз, пожалуй, двух-трех «птенцов» накормить удастся. А остальные?

– Опять же, неизвестно, сколько раз на катере придется садится и взлетать, чтобы кормить их… до, скажем, полного взросления, – вслух подумал Механик. – Может, и не хватит горючего. А корабельное для катера не подходит.

– Что же делать? – растерянно спросил Доктор и с тоской посмотрел на обзорный экран. – Уже девять часов прошло… они же растут, понимаете?! Им нужна пища!

– Хорошо! – хлопнул по подлокотнику кресла Капитан. – Свистать всех наверх! Штурману – срочно рассчитать взлет с Полифема и посадку на Находку. Экипажу – готовиться к старту. Трюмы «Пахаря» пусты – загрузим их один раз рудой и, думаю, «птенцам» хватит. А не хватит, слетаем еще разок. Думаю, Академия наук оплатит наши расходы.

Летать на Находку пришлось дважды.

«Альбатросы»-родители так и не вернулись (скорее всего погибли), а «птенцы» требовали пищи, как и положено всем птенцам.

Они росли быстро, постепенно заполняя своими телами весь внутренний объем кратера.

Кормили их следующим образом.

Кто-нибудь из команды (чаще всего Механик, как умеющий лучше всех управляться с космокатером) зависал на нем над гнездом и открывал нижний люк грузового отсека. Руда сыпалась вниз. Три рейса – кормежка закончена до следующего раза, занимая около трех часов корабельного времени.